Мы рабы… и сделали, что должны были сделать

   Дорогие братья и сёстры! Вначале, немножко, вообще о месяце, в котором мы находимся. Октябре. В этом году в жизни Церкви – католической всей, и поместной, он наполнен различными событиями. И вначале – кратко о них.

   Ну, во-первых – месяц октябрь. Он, уже по устоявшейся, старой традиции, посвящён почитанию Девы Марии в молитве Розария. Да. Поэтому призываю каждого особенно в этом месяце обратить внимание на эту молитву. И как-то посвящать ей время.

   Второе – Папа Франциск призвал… провозгласил месяц октябрь этого года Месяцем Миссий. Да. То есть – месяц посвящён особым образом размышлению и молитве о миссиях во всём мире. О том, чтобы Церковь вновь вернулась к самоосознанию: что значит миссия? В чём её призвание? И в чём призвание каждого из нас?

   В провозглашении Иисуса Христа.

   Третье событие – оно не столько нас касается. Оно – локальное. Это – Синод, который начался в Риме по поводу стран Амазонии. То есть – стран Латинской Америки. Не всех – а именно Амазонии. Но это на самом деле – Синод богословский. Потому что ситуация в тех странах, да, она чрезвычайно сложная. В чём-то похожа на нашу. Большая территория. Сложнодоступные участки, да, этой территории. Малое… ну, «малое» — у нас столько нет в стране, да, но малое количество священников в епархиях. И – вызовы, на самом деле связанные с тем, что общество там довольно долго и крепко было связанно с языческими традициями. И они там укоренены очень сильно. Да. В народах, народностях, и так далее.

   Синод – интересный. Посмотрим, какие будут результаты. Тоже прошу о нём молиться. Потому что результаты каждого подобного Синода (даже если он касается определённой территории), в конечном итоге касаются всей Церкви.

   Это – месяц октябрь, да.

   Сегодняшнее Евангелие. В Евангелии, которое мы слышим, опять же Иисус Христос использует те обороты, которые часто бывают в его лексике. И которые кажутся, так скажем, прямой провокацией. Да. Потому что Господь говорит пример ясный и понятные для Его учеников.

   Две тысячи лет назад рабство было вполне конкретным. И, сколько бы мы сейчас не находили всякую нелепую историческую литературу, где говорится, что рабы, там, в Древней Греции, или где-то, были такие, чуть ли там не богатые люди, которые могли что-то там решать и принимать, то – это не так. Да. Если кому-то интересно – поищите в Интернете, да, или поищите где-нибудь в библиотеке (если кто-то ещё пользуется) информацию о захоронении рабов на территории Крыма, например. Ну, греческих ещё, да. Или – непосредственно в Греции есть захоронения рабов. И учёные исследуют, какие болезни были у этих людей. Сколько раз у них были сломаны рёбра. Да. От разного физического воздействия и так далее. Во сколько лет они умирали.

   И поэтому, всякое вот это — прекрасный образ раба: «Ну, не свободен, но в принципе близок к господину», очень быстро уходит.

   Раб – не человек.

   Раб – это даже не крепостной, чтобы было понятно.

   Раб – это вещь, да. То есть — это – не человек. И это – не человек не только по закону, это – в голове не человек. Никакой древний грек, даже Аристотель, никогда бы не переживал из-за смерти раба. Потому что в голове не совмещалось. «Ну, это – вещь».

   И вот сегодня Иисус, кажется берёт этот жёсткий пример. Да. «Когда сделаете всё повеленное вам, говорите: «мы рабы ничего нестоящие; потому что сделали, что должны были сделать».

   Иисус Христос знает о положении рабов. Он знает, хотя в Израиле рабов не было. Было долговое рабство, которое временное, чтобы выплатить долг, и это – совсем другая ситуация. Римляне не стали вводить рабство на территории Израиля. Там разные исторические причины. Но там – не было рабства. Поэтому Иисус Христос относит ещё к примеру, который евреи знают. Для которых он – ужасный пример.

   Для чего Господь это делает? Вот вопрос. Да. Неужели он серьёзно относится к Своим ученикам подобным образом?

   Естественно – нет. Конечно же нет. Иисус относится к ним, как к своим друзьям. Как к тем, кто близок к Нему. И как к тем, за кого Он отдаст Свою жизнь. За рабов жизни не отдают. Это бессмыслица. Да. Раб – это вещь.

   Ещё раз повторяю.

   Наши телефоны – они хотя бы стоят денег, нам их жалко. Раб стоит дёшево. Раб – это вообще, да. Нам очень сложно сравнить отношения людей, даже очень высокого уровня, в то время к рабам.

   Иисус так не относился к своим ученикам. Но Он приводит этот пример. Приводит Он его по одной простой причине. Он вдруг замечает в Апостолах – даже в этой фразе «Умножь в нас веру», он замечает их странное стремление. Находясь рядом с ним реализовать какие-то свои желания. Свои какие-то сверхидеи, через вот эту близость к Иисусу Христу. То, что очень часто проявляется у Апостолов до Пятидесятницы. Они пытаются Господа как будто бы использовать для каких-то вот, ну, своих планов. Да. Вершина этого – когда Иоанн и Иаков просят сесть по правую и по левую руку в Царствии Небесном. Да. То есть – занять места ближайших сотрудниковбудущего Царя.

   Это – нормально для Апостолов. И это – нормально для нас, дорогие братья и сёстры. Поэтому в такие моменты Иисус Христос всегда использует какую-то очень строгую формулу для своих учеников.

   Что он от них требует?

   Что он от них хочет?

   Куда он их хочет привести через этот, такой… воспитательный момент?

   К простым вещам.

   Чтобы их служение и их выход в мир, их миссия, которая вот, начинается с их общения с Ним, была свободна. Чтобы она не зависела от тех наград, бонусов, которые они могут из этого собрать. Там – зарплата. Положение, да. Каких-то вот преференций, которые мы обычно ждём. Почти от любого общения мы чего-то ждём, да.

   Господь говорит: «Нет». И пытается спустить их, всё-таки как бы… на землю. Да. Чтобы они уже не думали о себе, не планировали, не распределяли. Он их сравнивает с низшими.

   С рабами.

   Именно для этого.

   Чтобы ученики немножко отрезвились и как-то пришли в себя. Подвергли себя какой-то критике, самокритике, да. И начали в себе это развивать. «Что Он от нас хочет? Почему я должен, да, идти на эту миссию? Служить другим, служить Богу, служить человеку, который мне встречается на пути, не ожидая каких-то благ? А именно – в свободе?»

   На самом деле у этого есть слишком много доводов, о которых нам не хватит времени, чтобы говорить. Господь Иисус Христос как всегда не использует вообще ничего нового, да. То есть – Иисус Христос на удивление… Так не принято говорить, но на самом деле Он на удивление банален, если мы начнём думать.

   Иисус Христос не сказал ничего нового. Мы иногда прикидываем, что: «Вот, Он что-то такое сделал, что-то сказал, что раньше никто не говорил, и вообще никогда об этом не думал». Да нет. Тогда бы Господь был очень странен и непонятен. Он всегда использует вещи, которые заложены в нашу природу и в наше сотворение. Он просто пытается вернуть каждого из нас к Тому, кем мы созданы. Быть Его любимым творением, Его детьми. Теми, для кого Он хочет даровать это Спасение. (Он бы Спасение даровал в любом случае, да, но оно ещё искажено Первородным Грехом, потому придётся Ему отдавать такую Жертву, да. Высшую).

   Но, в конечном итоге, он очень банален. В чём банальность вот этого «не ожидания благодарения»? Я сейчас не призываю, чтобы вы забыли слово «спасибо», да. Потому что в нашем человеческом сообществе доброе слово – и кошке приятно, да. И священнику приятно. И всем приятно. То есть – мы призваны к тому, чтобы говорить «спасибо», да. Мы призваны к тому, чтобы отмечать заслуги такого человека. Это – очень хорошо, да. Это – помогает нашему человеческому сообществу жить.

   Но Господь, действительно, обращается ещё глубже. И сейчас я так говорю о вещах… Сразу скажу – да, теория эволюции Церковью принята. Это – чтоб потом меня не обвиняли, что я что-то там несу. Теория эволюции – принята, как механизм, объясняющий развитие человека и развитие природы. Не как первопричина, да. Но на самом деле теория эволюции не лезет в метафизику, да. Она объясняет механизмы.

   И вот сейчас я расскажу несколько примеров об альтруизме. Да. Из развития просто живых существ. И, на самом деле, насколько это должно быть для нас естественно. А мы потом задумаемся, насколько для нас это неестественно, да.

   Не будем брать низших, да, потому что там некоторые амёбы собой жертвуют, да, ради того, чтобы другие могли получить питательные вещества. Муравьи собой жертвуют и подают там сигналы, понимая, что их обнаружит другое животное, насекомое, да, и уничтожит. Но это есть и у высших млекопитающих, да.

   Есть такие гиеновидные собаки, да. У них… в механизм их организма заложена следующая вещь. При достижении определённого количества детей в стае, часть самок перестаёт плодиться. Да. То есть – акт происходит, но у них не получается забеременеть.

   Почему?

   В этот момент эти самки начинают охранять большое количество щенков своих сестёр. То есть – своих племянников они начинают охранять и кормить. То есть – молоко у них начинает вырабатываться. И таким образом, из-за того, что вроде бы, часть самок не плодится… То есть – на самом деле это – жертва, да. С точки зрения биологии это – колоссальная жертва. Потому что любое живое существо изначально стремится к тому, чтобы плодиться и размножаться, да. Это -естественно. Но вот, чтобы выжила группа, даже у таких млекопитающих эти механизмы прекращаются.

   За счёт этого гиеновидные собаки не подвержены нагрузкам, которые обычно возникают у других животных в том регионе. Да. В частности – им хватает питания, они способны обеспечивать защиту этих живых существ. И их становится, как бы, больше. У них – всё хорошо.

   А вот животные, которые находятся по одиночке – те же тигры, да, которые не живут стаями, им – всё плохо. Не потому, что человек их отстрелял. Им – не хватает кормовой базы. Да. А так, как тигры не способны пожертвовать, они – сугубо индивидуалисты, и только воспитывают своих, потом – расходятся, у них – всё плохо. Потому что некому прикрыть. Некому защитить тигра, да, если с ним что-то случится. То есть – если он заболеет, никто ему еду носить не будет. А гиеновидные собаки носят больным своим сородичам еду. Не только щенкам. Старикам – тоже приносят еду. Не буду говорить о способах, как они её приносят, но – приносят.

   Они кормят своих стариков.

   Вот такой альтруизм. В эволюции это называется «родственный отбор». Там – очень сложно, там замешана генетика. И учёные говорят, что вообще-то генетически, да, в определённой популяции, одной хорошо не рожать. Потому что тогда она сможет заботиться о других своих сёстрах. О их детях – то есть, о своих племянниках. И именно таким образом генетика будет передаваться дальше, потому что они – родственники.

   Это всё сложно.

   Но почему меня это вдохновило?

   Учёные говорят, что альтруизм… Да, многие учёные говорят, что альтруизм, служение ближнему – абсолютно естественная вещь. Заложенная в ДНК любого живого существа. Они проводят кучу исследований, там есть своя критика, и так далее.  Но они говорят – это абсолютно естественно. Потому что организмы – все живые организмы, которые стремятся быть по одиночке – умирают. Все, кто как-то компанией и у которых включаются вот эти разные механизмы служения – у них всё хорошо.

   У них – всё хорошо.

   Те, которые способны усыновлять. Да, там как-то организовывать себя. Хомяки там, идут в огонь там, чтобы спасти других. И так далее.

   У них это происходит всё, понятно, совсем на другом уровне. У человека – то же самое. На самом деле, некоторые учёные на полном серьёзе приводят католическое духовенство и монашествующих в качестве примера вот этого вот родственного отбора.

   Мы все здесь – родственники. Очень далёкие, но, в принципе, у нас в цепочке что-то прослеживается. Вот мы все – братья и сёстры, как мы говорим в начале мессы. Некоторые из нас – отказываются, ради общины. И община таким образом развивается.

   Но есть ещё глубже слой. Каждый из нас – призван, дорогие братья и сёстры. И в нас это заложено – Иисус Христос постоянно об этом говорит – служить ближнему. А вот когда мы не служим ближнему, и когда в нас побеждает стремление думать только о себе – то, что нам не соответствует ни по каким критериям: ни по божественным, ни по сугубо биологическим – то это называется «грех». И начинает нам мешать. И мы из-за этого очень нервничаем, злимся и у нас всё валится из рук.

   Потому что грех мешает нам реализовать себя.

   В наших условиях, нашей страны (я не буду сейчас только о нашей стране – это проблема всех стран Варшавского Договора). Сколько нас участвует в волонтёрских движениях различных? На постоянной основе? В Италии, такой, средний показатель для Европы – 56% населения постоянно участвует в волонтёрских движениях. Различных. Кто-то – китов спасает. Кто-то – джунгли. Кто-то – борется за спасение комаров, я не знаю, да.

   То есть – они разные есть. Эти движения. Но, тем не менее – люди тратят своё время на это.

   У нас с этим проблемы, согласитесь. Если лампочка перегорела в подъезде – то это точно не наше служение. Это – жертва. Мы на кухне будем бухтеть, обсуждать там, что опять в подъезде кинули окурок… Это – точно не наша проблема. Это: «Вот опять какая-то гадина кинула-бросила, да. Это – точно я не пойду убирать». И точно, как правило, я не пойду мыть свой подъезд.

   На самом деле – это вот связано вот с этим служением, дорогие братья и сёстры. Служить ближнему – это не обязательно какие-то высокие пафосные вещи. Служить ближнему – это действительно воспринимать этот мир, как то пространство, в котором я реализую себя. По-настоящему становлюсь более человечным.

   И вот это служение – оно начинается с мелочей.

   С того, что я слежу за своей средой обитания, да. Где я нахожусь. Затем я смотрю на тех, кто рядом со мной. На своих близких, в первую очередь – это естественно. Но потом – выхожу всё дальше и дальше. Выхожу за эти границы. Выхожу за границы своей семьи. Клана. Нации. Государства, да.

   Мир для меня открывается.

   Я могу быть не согласен, там, с вашими убеждениями. Ну, не знаю – защищать там кого-нибудь где-нибудь. Может быть – нет. Ну, мне это не интересно, например, я – люблю другое.

   Но сам факт этого распространения себя на служение другим заложен в нас, дорогие братья и сёстры.

   Мы, зачастую, от этого страдаем. Об этом часто говорят и психологи. То есть – если взять человека-волонтёра, который проводит субботу-воскресение где-то ещё (и очень часто – в тяжёлых местах: хосписах, да. В каких-то местах, где люди попросту, ну… умирают), такие люди чувствуют себя счастливее.

   Те люди воспринимают себя более реализованными. У них всё как-то… проще.

   А вот когда мы (ну, каждый по себе может заметить), как только сожмём свой мир до уровня наших проблем… А нам всегда чего-то не хватает: денег, уважения, родители там не понимают, дети – не слушаются… И дальше. Это – тоже растёт. Да. Захватывает весь мир. «Весь мир против меня!» Мы так и остаёмся вечными подростками. Да. Потому что: «Я такой есть, а остальное всё должно вертеться вокруг меня!»

   Вот это – ошибка.

   И это – грех.

   А Господь говорит: «Успокойся. Чувствуй себя в этом смысле рабом. Не ожидай ничего. Откройся этому миру. Выйди навстречу ему».

   И каким-то чудесным образом это начинает действовать.

   И это я могу подтвердить, как священник. Да, молодой,  но – как священник. Когда идёшь по своему призванию. Когда идёшь по своему пути. Когда у тебя нет выходных (их нет, да). Когда ты вынужден бегать и решать десять тысяч вопросов одновременно. Когда, казалось бы, я — иду в священники, там да, что делать — перед Крестом целый день… А, оказывается – я должен заниматься трубами и водными всякими устройствами. Чтоб отопление было.

   Но это – красота. Потому что, отдавая себя, мы приобретаем. Мы становимся большими людьми. Людьми на самом деле.

   И как печально зачастую смотреть на человека, который не может убрать эти шоры. И не может посмотреть вокруг себя.

   Это на самом деле – трагедия.

   Дорогие братья и сёстры, Господь любит нас. И ценит каждого из нас. Каждому из нас Он даровал миссию ещё в Крещении. Да – каждая месса заканчивается тем, что: «Идите в мире, месса совершилась!». По-латыни это – «Ite missa est». —  «Идите и проповедуйте!»

   Я не говорю сейчас идти всем и тратить время тем, что рассказывать, может быть иногда не совсем верные, богословские вещи, да.

   А для того, чтобы мы шли и своей жизнью свидетельствовали об Иисусе Христе.

   Своей радостью.

   Не искусственной. Не формальной. «Живот болит, плохое настроение» — это понятно. Но своей уверенностью и своей лёгкостью. В решениях каких-то задач, да. В том, что нам мир вручён, чтобы мы его преобразили и сделали более совершенным. Насколько это возможно по нашим слабым силам.

   Для того, чтобы мы дарили, действительно, окружающим радость.

   Попробуйте вырваться за рамки своих проблем. За рамки своих болезней. Я знаю, о чём говорю – у меня тоже почки уже болят, да. И так далее…

   Попробуйте выйти за грань решения своих ситуаций. Вот этих вот узких моментов. Поверьте – это принесёт свои плоды.

   Только не надо этого ожидать.

   Надо делать.

   Просто потому, что мы – люди. Потому что Господь нас сотворил для служения миру и другим. И для служения Себе. И сам Он, вплоть до Креста, отдал Себя служению.

   Значит в этом – наше счастье. И наша извечная благодать.

   Аминь.

                                                                       о. Денис Марчишин, 06.10.2019

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *